Борис Паш: как сын православного священника нанес СССР самый большой урон

Зашарь друзьям!

Уран для «Малыша»

В 1930 году Пэш попал в резерв американской армии, принёс присягу и получил чин 2-го лейтенанта. В случае мобилизации ему было предписано работать в военной разведке – сказались имевшийся опыт, знание иностранных языков и понимание чужих культур.

Вторая мировая война застала Пашковского в Лос-Анджелесе в звании капитана-резервиста. Его призвали в мае 1940-го, направив в распоряжение 9-го армейского корпуса со штабом в Пресидио районе Сан-Франциско. А после того, как США официально вступили в конфликт, Бориса перевели в штаб Западного военного округа и 4-й армии.

В армии Пэш довольно быстро сделал успешную карьеру. Сначала он стал одним из восьми помощников заместителя начальника штаба по разведке, затем, получив звание майора, принял пост главы контрразведки военного округа, где совсем скоро дослужился и до полковника. И всё это только в 1942 году.

Уже в 1943 году под его руководством проходит несколько операций, цель которых расплывчато обозначалась как «Russian matters». В этот период Пашковский активно боролся с коммунистическим проникновением в Беркли и Сан-Франциско и занимался вопросами защиты от «красной угрозы» Манхэттенского проекта – американской программы по разработке ядерного оружия. Под прицелом контрразведчика, и небезосновательно, оказался даже её научный руководитель – Робберт Оппенгеймер.

Пространство для активных действий Пэша расширилось после высадки в сентябре 1943-го союзников в Италии. Он был назначен главой миссии «Алсос», которой предстояло собрать подробности о германском ядерном потенциале. Перед специальной командой стояла задача выведать как можно больше информации, заполучить урановую руду и захватить немецких физиков-ядерщиков, опередив при этом не только СССР, но и Францию, которые также проявляли большой интерес к нацистским разработкам.

До середины 1945 года «Атомный спецназ» под командованием Пашковского побывал в Бельгии, Италии, Франции и Германии. Действовать часто приходилось за линией фронта, в численном меньшинстве. И тем не менее риск оказался оправдан: в финальном отчёте об итогах миссии Пэш указывал, что команде удалось захватить порядка 400 научных отчётов и сформировать полную картину о немецкой ядерной программе. Бонусом к этому шли богатые трофеи: тысячи тонн урановой руды, образцы которой использовались для создания «Малыша» — бомбы, сброшенной на Хиросиму, и десять немецких физиков, включая Нобелевских лауреатов Вернера Гейзенберга, Отто Хана и Макса фон Лауэ. Почти все ценные материалы достались американской армии, а не союзникам, чем командование США было очень довольно.

Случайная запись

Зашарь друзьям!
Похожее

Оставьте комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.